Оптимистические прогнозы о неуклонном и бурном росте экономики вплоть до 2020 года звучат все реже. По мере приближения к заветной дате, которую в народе прозвали «коммунизм-2020», чиновники сегодня предпочитают рассуждать о внешних рисках, опасностях и угрозах, которые скорее всего помешают воплощению светлых государственных надежд.

Новостью этой недели стало объявление руководством Минэкономразвития о приближении нового экономического кризиса, который должен разразиться в 2018 году. Как заявил во вторник замглавы Минэкономразвития Андрей Клепач, вероятность того, что новая кризисная волна охватит мир и Россию в районе 2018 года, – крайне велика. Одним из оснований для таких тревожных заявлений стал февральский доклад близкого к правительству Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), в котором сделана попытка определить какой-либо правдоподобный экономический сценарий на ближайшие 20 лет. В качестве примера ЦМАКП взял сценарий «большого W», который предполагает повторение провала мировой экономики образца 2009 года в 2016–2018 и в 2028 годах. Предполагается, что в 2010–2016 годах власти США продолжат мягкую денежную политику и бюджетное стимулирование экономики, что приведет к ее инфляционному разогреву. На фоне консервативной политики еврозоны курс американской валюты упадет до уровня 2,2 доллара за евро. Общее недоверие к глобальным финансам спровоцирует новое падение мирового ВВП – до минус 1% в год примерно в 2017 году. Одновременно произойдет резкое снижение мировых цен на нефть – примерно на треть, что, естественно, ударит и по российской экономике. В целом будущий кризис 2017–2018 годов в России, по сценарию ЦМАКП, будет похож на нынешний: резкое сокращение инвестиций и объемов розничной торговли, а также замедление темпов роста экономики с 5–7% в год почти до нуля.

Заметим, что кризис-2018, о котором говорит руководство Минэкономразвития, – это лишь один из возможных сценариев, про вероятность наступления которого объективно сказать сегодня ничего нельзя. Так, например, новые проблемы в Евросоюзе могут сделать абсолютно нереалистичным прогноз падения доллара до 2,2 за евро. Точно так же могут не реализоваться и надежды на посткризисное восстановление экономического роста в России до 5–7% в год.

Попытка заглянуть в далекое будущее и предупредить о новом кризисе – сама по себе похвальна. Однако любовь к долгосрочным прогнозам на фоне очень скромных результатов текущей работы наносит скорее репутационный ущерб правительству. Так, практика бюджетного планирования показала, что российские чиновники не могут более или менее точно прогнозировать экономические показатели даже на год-два вперед. Особенно это стало заметно в начале нынешнего кризиса, когда министры продолжали предсказывать экономический рост, хотя экономика уже падала с темпом почти 10% в год.

В Мой Мир  Модели, которые использовало правительство для прогнозов в тучные годы, оказались полностью неработоспособными в условиях кризиса и стагнации. Кроме того, даже определение текущего состояния оказалось затруднительным. Ситуация в реальном секторе остается крайне противоречивой: в 2010 году продолжается рост безработицы, оборот розничной торговли стабилизировался, но продажи непродовольственных товаров по-прежнему сокращаются. Ситуацию в промышленности эксперты вообще называют статистическим туманом – в том числе и по причине пересмотра методик Росстата. В банковском секторе в начале года кредитование снова сокращается с темпом 0,3% для юрлиц и на 0,4% для граждан.

"Независимая газета"