Ростовский областной комитет КПРФ

Сейчас вы здесь: Главная » Новости и события » Факты » Репортаж с «прифронтовой полосы». Двадцать второго июня, ровно в 4 часа…
Суббота, 30 Май 2020
Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 

Репортаж с «прифронтовой полосы». Двадцать второго июня, ровно в 4 часа…

Печать
Это строки из песни о начале Великой Отечественной войны.  Но и в 2014 году, через 73 года после нападения фашистской Германии на Советский Союз, жителям приграничных  поселений Ростовской области пришлось пережить  обстрел, посидеть в погребах-бомбоубежищах. 
 
 
Это когда национальные гвардейцы Украины штурмовали занятый ополченцами пропускной пункт «Должанский» и  снаряды, мины и пули залетали на российскую территорию.  И вот корреспонденты «Правды» и телеканала «Красная линия» отправились в «прифронтовую полосу».
 
 
В прошлом году мы, корреспонденты газеты «Правда» и телеканала «Красная линия», проезжали этим маршрутом, и не раз. И с первым секретарем Красносулинского  райкома КПРФ   Сергеем Шаповаловым, и с первым секретарем Гуковского горкома КПРФ Геннадием Щербаковым.  Останавливались у самой линии границы,  разговаривали о житье-бытье и  любовались красивыми местами, живущим в обстановке   тишины и покоя. И если бы тогда вдруг громыхнуло, подумали бы: гром. И посмотрели  бы на небо: откуда гроза приближается? Год прошел, а как изменилась обстановка в приграничных хуторах! Теперь жители приграничья и приглядываются, не летит ли самолет, и прислушиваются, не гремит ли где канонада за кордоном, не залетит ли сюда снаряд или мина?
 
 
Первая остановка - на автовокзале  города Красный Сулин. Здесь, в зале ожидания, оборудован  информационный стенд и пункт приема  гуманитарной помощи  украинским беженцам.
 
 
- С таким предложением обратился в райком КПРФ владелец предприятия «Сулинавтосервис»  Сергей Горячий, - рассказывает первый секретарь РК КПРФ  Сергей Шаповалов. – Мы, конечно, сразу откликнулись,  хоть у нас уже вовсю шла работа. Но автовокзал имел неоспоримые преимущества:  здесь сходятся маршруты из всех поселений района, а также из городов, Ростова, Шахты, Новошахтинска.
 
 
В диспетчерской расположен сортировочный пункт, установлен холодильник для хранения лекарственных препаратов. А на ремонтной базе предприятия – склад. Отсюда уже дважды отправлялись грузы  в лагеря переселенцев. Было выделено два автобуса и для перевозки беженцев в Крым. Кстати, бескорыстную помощь братьям с Украины оказывают и другие автомобилисты. Хотя есть и такие, кто пользуется моментом. Такси до Ростова-на-Дону, а это всего 120 километров, стоит 2,5 тысячи рублей.
 
 
Далее наш маршрут пролегает к лагерю МЧС для  временного пребывания беженцев, что находится неподалеку  от таможенного пункта «Новошахтинский».  На той стороне находится печально знаменитый таможенный пункт Должанский, где в ночь с 21 на 22 июня (как в сорок первом году) гремел бой и снаряды залетали на российскую территорию. Нанесены были разрушения российскому таможенному посту, ранен один сотрудник.
 
 
Пункт временного размещения беженцев рассчитан на 500 человек.  В день нашего приезда здесь шло, говоря казенным языком, накопление контингента.  В штабной палатке очередь на регистрацию прибывших: заполнение документов дело тонкое, к тому же работает на этом ответственном посту всего один сотрудник. Тут тоже нужна помощь - хоть и вроде бы объявлено перемирие, но поток беженцев не иссякает.  Только что было 80 человек, из которых 36 – дети. Но вот подошли со стороны таможенного пункта  еще две женщины с дачными тележками в руках. Правда, не все останавливаются в пункте. Несколько семей с детьми дожидаются у дороги родственников. Говорят, что на своем автотранспорте приезжали сюда за родственниками аж из Башкирии.
 
 
Ну а те, кого встретить некому, идут в штабную палатку. К их услугам – спальные палатки, две столовых, душевые, умывальники, медпункт, комната матери и ребенка, где работают два психолога.  Матери степенно разместились  по палаткам. А вот ребятишкам не усидеть на месте. Игрушек и игр много, на любой вкус. А вот время для подвижных игр наступит в стационарных пунктах размещения, под которые приспособлены загородные лагеря, пансионаты и санатории – по всей Ростовской области.
 
 
Заходим в палатку с беженцами. Тут же – родители и дети, волонтеры. Играют дети в настольные игры. Но вот особенность: не слышно обычного для таких игр крика. Узнаем: здесь беженцы из Славянска.
 
 
- Почему, спрашиваю, от войны бежите на восток, а не на запад?
 
 
- Так нам там (имеется в виде на западе) головы поотрывают!
 
 
Беженцы из Славянска, натерпевшиеся больше всех, отличаются от других товарищей по несчастью смелостью. Они отвечают на вопросы, не отказываются фотографироваться.  Фамилии их мы не стали спрашивать, наверное, потому что другие – свою осторожность объясняли возможной местью со стороны правого сектора или нацгвардейцев, от которых уже натерпелись по пути в Россию.  
 
 
Недалеко от лагеря МЧС – хутор Черников, где  живет активист КПРФ Анатолий Иванович Соседко.  Увидя секретаря райкома, он по традиции начинает рассказывать о проделанной работе, о распространении газеты «Правда». Но быстро перестраивается на «военную волну». 
 
 
- После боев на «Должанском», когда через границу летели пули, снаряды и мины,  сюда прибыли российские солдаты, - говорит  Соседко. – Решение командование, наверное, приняло срочно. Потому что полевая кухня  за ними не поспевала.
 
 
И, как в годы Великой Отечественной войны, понесли женщины солдатикам еду.  Сейчас солдатский быт налажен, сооружены долговременные огневые точки, БТР и танки вкопаны в землю на стратегически важных участках. Говорят, доставлены сюда и зенитные орудия. Во всяком случае, украинские самолеты, которые до этого нередко залетали на российскую территорию, как корова языком слизала.
 
 
Первым атаке с воздуха был подвержен хутор Коминтерн.  Рано утром выгнали домохозяйки коров на луг, а он тут как тут: Су-27 залетел недалеко, выпустил термитные ловушки над людьми, а женщины откуда знают, что это не по ним стреляют, попадали в канаву…  А в ночь с 21 на 22 июня  не только женщинам, а всем жителям хуторов Черников, Коминтерн, Закордонный, что находятся  неподалеку от таможенного пункта перехода «Новошахтинский»,  пришлось провести в погребах. Потому что на той стороне шел бой за контроль над украинским таможенным пунктом Должанский – между ополченцами и национальными гвардейцами.  И в полосе обстрела оказались эти мирные приграничные хутора, в которых находились не только местные жители, но и прибывшие с Украины беженцы, ведь у многих хуторян за кордоном живут близкие родственники.
 
 
Дом многодетной семьи  Штапаук находится в поселке Должанский, недалеко от таможенного перехода.  Когда начался бой, глава семьи остался «на хозяйстве», а  Ольга Владимировна с четырьмя детьми поспешили на российскую сторону, дорога-то с детства знакома. Но не успели отдышаться, как пришлось сначала, вместе с российскими  родственниками спуститься в погреб, а потом и эвакуироваться в Новошахтинск. Вернулись только через два дня. И вот теперь все время живут в тревожном ожидании. Только второклассник Богдан не унывает. Одевается он только в камуфляж, и уже ухитрился перезнакомиться со всеми солдатами, что  несут дежурство неподалеку.  Но все равно – соскучился по дому, ждет, когда перестанут стрелять.
 
 
 
А стрелять не перестают. И в этот день, когда до окончания перемирия оставалось три дня,  на той стороне  слышалась канонада -  в районе украинских населенных пунктов Бирюково и Червонопартизанск шли бои.  И кто гарантирует, что не пошлют нацгвардейцы, по ошибке или специально, «гостинец» с начинкой?  Проезжая по проселку между хуторами Коминтерн и Закордонный, повстречали мы фермера Юрия Николаевича Лопатко: на своем тракторе с подвесным оборудованием он приехал для работы на поле. Как тут не поинтересоваться: тревожно ли находиться в прифронтовой полосе?
 
 
- Очень даже тревожно, - не покривил душой бывший главный инженер колхоза им. Мичурина. -  Вот на соседнем поле скоро убирать пшеницу, а без обследования саперами туда заходить опасно.
 
 
Несколько неразорвавшихся снарядов и мин обнаружено солдатами инженерных войск  на близлежащих участках. А сколько их не обнаружено?  Ведь в мягком грунте нередко мины не срабатывают.
 
 
И сколько еще будет таких «атак» - не известно.  Ну а жители хутора Закордонный чудом избежали трагедии: снаряд разорвался в огороде. До жилого дома не более ста метров. Воронка стала местной достопримечательностью, но эта популярность не радует хуторян. Да и пулевые пробоины – не иначе, как поливали из БТР -  есть во многих подворьях, вот пацаны – те собирают залетные с той стороны сувениры.  Пока стреляют в российскую сторону только из минометов и крупнокалиберных пулеметов. А если дойдет до гаубиц?  Не случайно хуторяне стали расширять, благоустраивать, а то и сооружать новые погреба-бомбоубежища.
 
 
На снимках: беженцы из Славянска; Богдан Штапаук – в камуфляже.
 


Rambler's Top100