Ростовский областной комитет КПРФ

Сейчас вы здесь: Главная » Новости и события » Факты » Изменения были и остаются сознательными действиями сознательных людей
Понедельник, 18 Янв 2021
Рейтинг пользователей: / 3
ХудшийЛучший 

Изменения были и остаются сознательными действиями сознательных людей

Печать

Собственный корреспондент «Правды» Андрей Дульцев беседует с генеральным секретарём Коммунистической партии Ирландии Юджином Маккартаном


— Что собой представляет Коммунистическая партия Ирландии сегодня?

— Наша партия в следующем году отмечает своё столетие: она была основана в октябре 1921 года. Коммунистическое движение в нашей стране имеет два истока: социальную и республиканскую традиции в борьбе ирландского народа за национальную независимость. Под руководством Джеймса Коннолли и Джеймса Ларкина, двух выдающихся деятелей нашего движения, эти силы объединились. После войны против британцев за нашу независимость, длившуюся до 1921 года, они сумели сплотить вокруг себя рабочий класс и основали коммунистическую партию. Борьба за национальную свободу в сочетании с классовой борьбой является исторической основой нашего движения, которой мы верны и по сей день. Это две стороны одной медали: социализм без национальной независимости и государственного суверенитета невозможен.

Мы работаем над этими двумя ключевыми для нас элементами, учитывая, что единственной движущей силой национального суверенитета и народовластия является рабочий класс. Правящий класс всегда будет выстраивать свои отношения и приоритеты: буржуазные разговоры «защитников национальной демократии» ставят под угрозу национальный суверенитет, действуя в интересах крупных монополий и класса капиталистов. Поэтому мы рассматриваем ирландский правящий класс как компрадорскую буржуазию. Его суть прослеживается в его отношениях с транснациональным капиталом и мировым империализмом в лице США, Евросоюза и Великобритании. Ирландия находится под тройным замком империализма. Наше будущее, наша социально-экономическая политика контролируются интересами американского монополистического капитала и крупных транснациональных корпораций, а наши отношения с Евросоюзом навязываются из Брюсселя. Для них неважно, что говорит или думает ирландский народ — он не может повлиять на экономическую или социальную политику Европейского союза. В Северной Ирландии, в свою очередь, британский империализм продолжает оставаться определяющим фактором, который оттуда влияет и на правящий класс в Ирландской республике.

Поэтому мы должны бороться за национальную независимость, за национальный суверенитет — ключевые элементы нашей политической стратегии. Три краеугольных камня наших политических взглядов — это, во-первых, классовый характер нашей политики. Во-вторых, это наше отношение к государству: государство не нейтрально, поскольку оно является инструментом власти правящего класса. Третий элемент — антиимпериализм. Мы учим наши молодые партийные кадры учитывать эти три элемента, а через наши издания, в первую очередь «Соушилист войс», мы доносим до наших сторонников и широкого круга читателей нашу позицию по вопросам народовластия, суверенитета, классового характера политики.

Книжный магазин в здании нашего партийного центра носит имя выдающегося ирландского революционера Джеймса Коннолли — «отца» ирландского рабочего движения, который вместе с Джеймсом Ларкином в 1907—1911 годах помог утвердить независимую роль ирландского рабочего класса в его борьбе за национальную свободу. Вследствие этого ирландские рабочие приняли участие в восстании 1916 года против англичан, а позже — в войне за независимость. Ирландский рабочий класс должен быть и сегодня независимым, обладать собственной политической стратегией, уметь формулировать свои собственные политические требования, бороться за них. Но большинство участников рабочего движения здесь, к сожалению, утратили это видение своей независимой роли.

Тридцать лет назад на нас крайне негативно сказался контрреволюционный переворот в Советском Союзе и Восточной Европе: мы не употребляем термин «распад Советского Союза», мы говорим о контрреволюции, навязанной контрреволюционными силами внутри коммунистического движения в Восточной Европе и свергнувшей социализм. Это деморализовало ирландское рабочее движение, выбило почву из-под ног у рабочего класса, но за последнее десятилетие наша партия значительный выросла, к нам тянется молодёжь, и это ключевой фактор для нас: когда у наших молодых членов партии интересуются, почему они вступают в наши ряды, то те отвечают, что они с нами, потому что они против империализма. Они прекрасно понимают политику ирландской буржуазии и хищническую природу капитала.

— Какова структура вашего движения?

— У нас три региональные организации: североирландская организация с филиалом в Белфасте, отделение партии в Голуэй, несколько отделений в Дублине… На западе мы представлены в городе Корк, в то время как по стране отдельные члены партии выстраивают свою сеть. Все они связаны нашим общим делом. В этом году нам приходится очень трудно. В прошлом году мы добились значительного роста количества членов наших ячеек, но пандемия COVID-19 связала нам руки: мы перенесли нашу политическую подготовку и координацию нашей деятельности в онлайн-режим. Условия трудные — нам как воздуха не хватает человеческого взаимодействия, встреч с рабочими и с молодёжью, чтобы понять лучше их проблемы и чаяния. Современные средства видеосвязи очень ограничены.

Помимо нашей основной политической работы, мы сотрудничаем с дружественными нам прогрессивными движениями через ряд объединений. Так, в рамках встречи левых профсоюзов коммунисты тесно взаимодействуют с рабочими активистами, чтобы придать политике профсоюзного движения классовый характер. Рабочему движению необходимо развивать классовое сознание путём политического образования, и наша тактика помогает нам. Наши кадры сыграли большую роль в решении проблем отсутствия личной защиты работников в больницах, на мясоперерабатывающих заводах и других предприятиях, сотрудники которых эксплуатировались на протяжении всего периода пандемии. Мы последовательно разоблачаем природу низкооплачиваемого труда и нестабильный характер занятости.

Пандемия выявила пробелы и в жилищной политике. Социал-демократы десятилетиями твердят о социальном и доступном жилье. Мы же оспариваем этот подход, требуя общественного жилищного фонда. Поэтому мы бросили им вызов, заявив о нашем требовании: каждый человек должен иметь право на общественное жильё. Кто определяет, что такое доступное жильё? Спекулянты и банки: они нас учат тому, что доступно, а что нет, кто может купить дом, а кто нет. А что такое социальное жильё? По каким критериям должно оно предоставляться: людям, занятым на низкооплачиваемой работе, получающим пособие по безработице, матерям-одиночкам? Кто определяет эти рамки? Наши аргументы — идеологические, мы вносим идеологию в профсоюзное движение, в борьбу за рост классового сознания и понимание сути капитализма.

Другая организация, через которую мы работаем, — это антиимпериалистическое движение «Форум за мир и воссоединение», которое взаимодействует с членами республиканского движения «Шинн Фейн» и других организаций: мы собираемся вместе для обсуждения общей политической работы и наших кампаний, посвящённых национальной независимости и национальному суверенитету. Наша задача здесь — развивать идеологический уровень сил, с которыми мы работаем.

Наше участие в этих движениях основывается на понимании объективных рамок: в течение последних лет мы провели подробный анализ современного коммунистического движения в Европе, пытаясь понять, что произошло за последние 50—60 лет: некоторых коммунистических партий в Европе уже нет либо это их тени. Для понимания причин этого явления мы анализировали природу реформизма внутри коммунистического движения: его появление связано прежде всего с недостатком идеологии. Но свою роль сыграл и тот факт, что на протяжении десятилетий, в условиях «холодной войны», мы защищали Советский Союз, забыв о происходящем здесь, о деформации капитализма. Мы ожидали как манны небесной краха государственно-монополистического капитализма, в то время как он деформировался, перенеся промышленность в Юго-Восточную Азию и Южную Америку, в Африку…

Мы сбились с пути объективного восприятия происходящего, и сейчас некоторые среди нас тратят время на защиту стандартов европейской социал-демократии 1950—1970-х годов, забывая о том, что мы должны быть значительно дальновиднее. Мы не должны замыкаться на защите достигнутых прав рабочего класса. Мир изменился: Советского Союза, к великому сожалению, больше нет, происходит сильное движение глобального капитала на юг, мировое производство структурно взаимосвязано логистическими цепочками, и те дешёвые товары потребления, которыми европейцы пользуются, получаются за счёт крайне жёсткой эксплуатации стран «третьего мира».

— Вы описали неолиберальную систему, начало которой, как нам хорошо известно, было положено политикой Маргарет Тэтчер в начале 1980-х годов. Но даже в рамках этой неолиберальной системы Ирландия является примером радикальной рыночной экономики и пользуется негативной репутацией офшорной зоны. Каково ваше видение этого? Какое влияние оказывает эта политика на ирландское общество?

— Ирландские рабочие работают в подавляющем большинстве за минимальную заработную плату, у нас самый высокий процент нестабильной занятости. Рабочие здесь платят арендную плату в размере 60—70% от своего дохода, а на рынке жилья доминируют частные фонды. Причиной такого развития стало то обстоятельство, что в 2010 году правительство Ирландии взяло на себя 42% долга обанкротившихся европейских банков. Таким образом, небольшая страна, численность населения которой сравнима с численностью населения одного немецкого города, взяла под ответственность 42% европейских банковских долгов. Тем самым ирландцы были принесены в жертву, чтобы удержать евро на плаву. Государственные долговые обязательства были скуплены финансовыми спекулянтами через ваучерные фонды, а ирландское правительство предоставило карт-бланш ваучерным фондам на покупку недвижимости, что дало старт резкому росту цен на недвижимость и многократному повышению арендной платы. Кроме того, на рынок недвижимости повлияла пандемия COVID-19: после веерного банкротства ряда фирм большая часть коммерческой недвижимости пустует.

Сотрудники широко представленных в Ирландии американских компаний «Майкрософт» и «Гугл» будут находиться на удалённой работе по крайней мере до июня следующего года, сотрудники большого числа крупных европейских компаний также попали под этот режим: это гигантский социальный эксперимент. Компании будут отслеживать эффективность этих условий работы. Это будет иметь огромные последствия для рынка труда в широком смысле. Ирландское государство тщательно и планомерно привлекает в страну иностранный капитал. Налоговая политика здесь — это вопрос высокообразованной и гибкой рабочей силы, обхождения тарифных договоров и трудового законодательства. Но нельзя забывать, что Ирландия — это ещё и британский ключ к Европе, к европейским крупным монополиям. Политика ирландской буржуазии в области подоходного налогообложения заключается в том, чтобы сохранить права интеллектуальной собственности этих монополий в Ирландии за счёт налоговых преференций. Таким образом, Дублин является одним из мировых центров отмывания денег. Здесь вы можете найти много офисных комплексов, в фойе зданий которых теснятся по 20—30 почтовых ящиков с бессчётным количеством названий компаний, при том что ни одного реального офиса там нет. Вот почему, к примеру, «Эпл» любит платить налоги в Ирландии. Сложившаяся система — это пузырь, не отражающий производства, не имеющий реальной материальной основы. Поэтому ирландский государственный бюджет крайне нестабилен и зависит от доброй воли монополий, в то время как реальный экономический сектор чрезвычайно слаб.

— Насколько брекзит — выход Великобритании из Евросоюза — повлиял на ирландскую экономику?

— Пока что никак. Мы выступаем за брекзит, потому что мы считаем, что Европейский союз как таковой является инструментом европейского монополистического капитала. Наиболее концентрированной формой капитала в Европе обладает Германия, и поэтому ЕС отражает гегемонию немецкого капитала, а Франция участвует в этом тандеме на правах младшего партнёра. Мы заявляем о немецком монополистическом капитале, контролирующем фискальную политику евро для всех стран Еврозоны. Европейский союз не может быть ни реформирован, ни преобразован: он должен быть разрушен. Поэтому мы внимательно следим за британцами, как они будут справляться с эффектом выхода из ЕС. Мы не согласны с британскими левыми, которые говорят, что выход Британии из ЕС является большой ошибкой.

Европейский союз использует ирландскую границу как оружие против британцев, а британцы используют Ирландию, чтобы обойти таможенную политику ЕС. Таким образом, Ирландия снова оказалась между жерновами двух противостоящих имперских блоков: британского и европейского. Никого из них интересы ирландцев не волнуют — речь идет только об отношениях между Великобританией и ЕС. Поведение Британии крайне противоречиво. Но как никогда актуален старый ирландский анекдот: «Почему солнце никогда не закатывалось над всей территорией Британской империи? Потому что она была слишком велика… Причина этому другая, возражают ирландцы: солнце никогда не закатывалось над всей Британией, потому что ей нельзя доверять в темноте».

— Какое влияние оказал брекзит на проблему Северной Ирландии? Есть ли в ирландском обществе осознание того, что Северная Ирландия оккупирована? В то время как империалисты с пеной у рта в течение более 40 лет добивались «объединения» Германии, ирландская проблема правящие западные круги не волнует. Более того, призывающих к объединению ирландской угнетённой нации записывают в террористы…

— Начнём с практического эффекта пандемии. Санитарный кризис показал, что вы не можете иметь два разных подхода в области здравоохранения: Ирландия одна, народ один, и вы не можете иметь две тактики в борьбе с вирусом. Ирландский истеблишмент в течение последних 50—60 лет пытался замолчать и затоптать все требования национального единства: к каждому, кто заявлял о национальном единстве, относились как к террористу. В нынешних условиях этот вопрос как никогда актуален: жизнь нашего народа в условиях пандемии парализована, а семьи разъединены. Желание британцев навязать устраивающее их соглашение по Северной Ирландии — это способ обеспечить их империалистическую гегемонию. Сам факт, что британцы готовы допустить определённую степень единства Ирландии — признак империализма, а не демократического подхода.

И в этом наше разногласие с ирландскими республиканцами: они обращаются с просьбами в Вашингтон, в Лондон и в Евросоюз. А мы утверждали и будем утверждать, что у империализма друзей нет. Единственный интерес империализма состоит в том, чтобы преследовать свои собственные цели. Поэтому мы должны забыть эту чушь — не надо говорить о «наших друзьях в Европе». У Ирландии нет друзей — есть партнёры с корыстными интересами. А любое соглашение с британцами обернётся актом контроля со стороны британского империализма и его союзников в Дублине и США. Англичане будут очень обеспокоены объединением Ирландии, потому что одной из основ британской политики является юнионизм, поддержка англиканской общины в Северной Ирландии. В случае объединения Ирландии им придётся искать новых союзников. Британцы сейчас не готовы пожертвовать юнионизмом, потому что он обеспечивает им возможность влиять на ирландскую политику по всей стране.

— Что представляет ваш партийный центр в Дублине? Известно, что у вас есть книжный магазин и театр…

— Пандемия COVID-19 подтолкнула нас к совершенствованию нашего книжного онлайн-магазина «Коннолли Букс». У нас в продаже много книг наших классиков: сочинения Маркса, Энгельса и Ленина. Также у нас в продаже книги по актуальным политическим проблемам, касающимся глобального экологического кризиса, классовой борьбы нашей эпохи. Мы выпускаем публикации, посвящённые критике современной монетарной теории, поддерживаемой левыми во Франции и в Германии, которые заявляют, что все государства должны печатать больше денег, чтобы иметь возможность оплачивать счета, в то время как мы говорим, что это просто глупость, потому что это противоречит монополистической природе капитала. Нам, рабочим, придётся платить по этим счетам буржуазии, в том числе по займам, связанным с COVID-19. Рабочий класс должен быть готов к массированной атаке в ближайшие пару лет со стороны монополистического капитала. Мы предлагаем книги о борьбе в Латинской Америке, в Азии, Африке… У нас есть книги об ирландской культуре, произведения классиков нашей литературы Джеймса Джойса и Сэмюэля Беккета… В нашем книжном магазине есть небольшое кафе. Также в нашем центре находится профессиональный театр, в котором ставятся пьесы.

Культура важна для нас. Без культуры нет подлинно радикального движения. Культура помогает коммунистической идее развиться: без творческого восприятия коммунистическая политика невозможна.

У нас в центре заседает и наша молодёжная организация «Движение Коннолли», которая быстро растёт, вовлекая молодых людей в политическую борьбу.

Наша культурная деятельность парализована пандемией, но нельзя всё списывать на вирус. Мы заявляем: не пандемия создаёт бездомных, она только обнажает проблему отсутствия общественного жилья, не пандемия создала низкооплачиваемый и незащищённый труд, она выявила существующее противоречие. То же касается и системы здравоохранения. Все эти проблемы существовали задолго до пандемии, которая лишь показала в Европе и Северной Америке катастрофическое недофинансирование социального сектора на протяжении последних 20—30 лет. Поэтому мы используем эту ситуацию, чтобы показать разницу между частнособственнической и плановой системами здравоохранения на примере Китая, Вьетнама и Кубы, где это работает безупречно. Мы используем пандемию и её последствия как идеологическое оружие против правящего класса.

— Как вы оцениваете российско-ирландские отношения?

— Официальные отношения Ирландии с Россией сейчас отодвинуты на задний план в силу международного противостояния. Ирландское руководство считает, что президент Путин подталкивает Россию к экспансии. Поэтому ирландское правительство придерживается политики санкций Евросоюза. ЕС и США рассматривают Россию сегодня как угрозу, как зеркало собственной империалистической гегемонии. Поэтому они занимаются подстрекательством «цветных революций» в бывших советских республиках. Белорусские события — это новейшая попытка подобного рода. Помимо этого империалисты способствуют этническим конфликтам. Это видно на примере Азербайджана и Армении. Россию рассматривают в качестве страны, богатой нефтью, газом и полезными ископаемыми, и западные империалисты хотят получить эти богатства в свои руки. Россия окружена империалистическими державами, и это важно понимать. Но понимание фактов и отдельных позиций ещё далеко не значит, что вы с ними согласны: если вы пытаетесь понять, что делает президент Путин и почему, то это не должно значить, что вы разделяете его взгляды. Это не значит, что вы поддерживаете Путина, а лишь то, что вы пытаетесь понять, какие силы противостоят в современном мире. Россия не служит более США, она пытается найти новых союзников, выстраивая отношения с Китаем. Но нам нельзя забывать, что Путин и российские олигархи действуют в первую очередь в собственных интересах: если у России сегодня хорошие отношения с рядом латиноамериканских стран, то это из-за того, что она защищает там собственные интересы, а не из-за желания оказания помощи местному населению, живущему там подчас в нищете.

— Каким было бы ваше послание российским коммунистам?

— Мы дорожим нашими хорошими отношениями с российскими товарищами и надеемся на их дальнейшее укрепление и развитие. Нам, коммунистам, необходимо вернуться к корням нашей идеологии. Нам необходимо обратиться к урокам истории нашего движения, к тому, насколько чётко мы владеем учением Маркса, Энгельса и Ленина. Мы не видим ни малейшей необходимости в коренном пересмотре идеологического фундамента, созданного Марксом, Энгельсом и Лениным для международного рабочего движения. Их учение является основой нашей идеологии и нашей стратегии борьбы против империализма. В чём мы нуждаемся — это максимум единства всех тех сил, которые борются против империализма, за мир, за экономическую и социальную справедливость. Нам нужно и придётся бороться не только с оппортунизмом внутри левого движения, но и с болезнью «левизны». Единство, о котором мы говорим, должно быть не абстрактным, а конкретным: мы знаем, кто наш враг, на что он способен, как с ним бороться и на какие жертвы и риск мы должны быть готовы идти.

— Каковы условия вашей работы?

— Наша партия работает легально. У нас нет представителей в законодательных органах, мы ограничиваемся влиянием внутри рабочего движения, действуем через социальные кампании, затрагивая ключевые проблемы общества. Мы проводим черту между трансформацией и реформизмом. Реформизм в левом движении сегодня — это охранительная реакция, он держится за то, что у нас есть; это не спасение — мы должны действовать наступательно. Поясню на конкретном примере: для решения жилищного вопроса реформаторы требуют построить больше доступного и социального жилья, в то время как наше требование трансформации заключается в том, чтобы обобществить жилищный фонд и поставить под вопрос рыночную власть частного сектора недвижимости и ваучерных фондов, диктующих ценообразование. Наша идея обобществлённого жилищного фонда является прямой атакой на спекулянтов.

Мы тщательно работаем над нашей политикой коммуникации: активно участвуем в социальных сетях, рассматривая их не как самоцель, а лишь как способ, чтобы донести до людей наши идеи и требования. Коммуникация важна для политического образования, ведь изменения были и остаются сознательными действиями сознательных людей.



Rambler's Top100